Загрузка Мероприятия

« Все Мероприятия

ПОЗДНЕПЛЕЙСТОЦЕНОВЫЙ ПЕДОГЕНЕЗ В АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ЛАНДШАФТАХ РОССИИ И МЕКСИКИ: СЦЕНАРИИ И ПАРАДОКСЫ

28.05.2020 @ 16:00 17:00

ПОЗДНЕПЛЕЙСТОЦЕНОВЫЙ ПЕДОГЕНЕЗ В АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ЛАНДШАФТАХ РОССИИ И МЕКСИКИ: СЦЕНАРИИ И ПАРАДОКСЫ

Сергей Николаевич Седов

Институт Геологии, национальный Автономный Университет Мексики (UNAM), Мехико.

Институт Криосферы Земли РАН, Тюмень, Россия.

Археологические памятники часто обеспечены разносторонней палеоэкологической документацией, подробной хронологической шкалой и предоставляют наиболее полную информацию о древних антропогенных воздействиях. По этим причинам палеопеопочвенные исследования, связанные с археологическими проектами, дают уникальные возможности для проработки сценариев почвообразования на различных временных интервалах прошлого. Особый интерес представляют палеопочвенные реконструкции для периода первоначального расселения Homo Sapiens в Евразии и Северной Америке. Этот процесс происходил в течение последней ледниковой эпохи в ландшафтно-климатических условиях, принципиально отличавшихся от современных, что придает особый колорит интерпретации результатов с актуалистических позиций.

В докладе будут представлены результаты исследований погребенных почв, связанных с важнейшими памятниками верхнего палеолита Европейской России (Костёнки) и северной Мексики (Фин дель Мундо). В разрезах склоновых и балочных отложений, с которыми связаны большинство археологических объектов Костенковско-Борщевского района, наблюдаются серии горизонтов слаборазвитых маломощных погребенных палеопочв, сформировавшихся во второй половине МИС3 – начале МИС2. Именно к палеопочвенным горизонтам часто оказываются приуроченными палеолитические культурные слои. Показана возможность корреляции этих горизонтов с Гренландской климатической летописью. В разрезе К-14 в верхних палеопочвах серии, по сравнению с нижними, уменьшаются признаки оглеения, возрастают степень агрегированности  и количество аккумулированных карбонатов, накапливаются гуматы и фульваты кальция. Эти изменения указывают на иссушение палеоклимата и усиление роли травянистой растительности в почвообразовании, что хорошо согласуется с палеоботаническими данными и с глобальными климатическими тенденциями. Однако более детальное исследование конкретных палеопочвенных уровней приводит к тому, что на основе накопленных результатов могут быть построены несколько различных педогенетических и палеоэкологических сценариев. Для наиболее развитых палеопочв разреза, относящихся к «верхней гумусовой толще» (32-38 тыс. лет назад), были последовательно предложены следующие версии: гидроморфное почвообразование в зоне разгрузки грунтовых вод, степное криоаридное почвообразование, формирование рендзины под таёжным сообществом, антропогенный педогенез (палеолитическая техносоль). Педогенные признаки палеопочв второй половины МИС3 из разреза К14 не находят прямой аналогии в свойствах синхронной Брянской почвы водораздельных лёссовых разрезов.

В северо-западной Мексике – штате Сонора находки плейстоценовой фауны и артефактов культуры Кловис связаны с уровнем хорошо развитой красноцветной палеопочвы (хромиковая кальциковая камбисоль, иногда лювисоль). Формирование этой палеопочвы в основном пришлось на финальный плейстоцен, однако продолжилось в раннем и среднем голоцене. Особенностью данного региона является то, что позднеплейстоценовый педогенез оказался значительно более мощным, чем голоценовый. Интересно также, что такие ключевые глобальные события глобальной палеоклиматической истории, как поздний дриас и переход к голоцену оказались очень слабо отражены в «почвенной памяти»,  в то время как региональные палеонтологические и палеолимнологические архивы зафиксировали их.

Опыт «прочтения» детальных палеопочвенных летописей, связанных с археологическими памятниками, мотивирует проработку нескольких педогенетических и палеоландшафтных сценариев для каждого объекта. Неоднозначность интерпретаций ставит задачи для дальнейших исследований, которые должны обеспечить отбор наиболее обоснованных версий. Структура «почвенной памяти» часто затрудняет прямую корреляцию палеопочвенных уровней с событиями глобальных климатических летописей, а также предполагает множественные и подчас «неадекватные» сигналы об этих событиях.